МИГРАНТЫ ЗА ПАТЕНТЫ

Чем недовольны некоторые чиновники

Алексей Ципин

Скоро месяц как Россия живет по новому, куда более либеральному, миграционному законодательству.

Москва, являющаяся вожделенной Меккой для подавляющего большинства гастарбайтеров, бьет тревогу.

ТРУД 27 июля 2010 года, вторник

Чем недовольны некоторые чиновники

Алексей Ципин

Скоро месяц как Россия живет по новому, куда более либеральному, миграционному законодательству.

Москва, являющаяся вожделенной Меккой для подавляющего большинства гастарбайтеров, бьет тревогу.

Напомним, что с 1 июля 2010 года в миграционное законодательство были внесены изменения, которые существенно упрощают порядок оформления разрешений на работу для иностранцев на территории РФ. Теперь от мигранта требуется получить специальный патент, который освобождает его от действия миграционных квот. Стоимость нового документа – одна тысяча рублей в месяц. Продление происходит в уведомительном порядке.

Первыми тревогу по поводу новшества забили в правительстве Москвы. Председатель комитета межрегиональных связей и национальной политики Москвы Михаил Соломенцев провел пресс-конференцию «Кто заработает на патентованных мигрантах?». Критикуя изменения, Соломенцев даже прозрачно намекнул на то, что наплыв «патентованных» мигрантов может привести к народным волнениям. «Проведенные среди молодежи опросы говорят о том, что в обществе «повышается уровень нетерпимости к приезжим», - заявил председатель комитета.

Однако точку зрения московских чиновников не склонны разделять многие независимые эксперты. В ходе последнего из шести круглых столов, организованных фондом «Новая Евразия» в рамках проекта «Миграционный барометр в РФ», специалисты Центра миграционных исследований вынесли однозначный вердикт: без активного притока мигрантов население России в среднесрочной перспективе (до 2050 года) уменьшится, по меньшей мере, на 20 млн. человек. По мнению директора по науке ЦМИ, заведующей лабораторией миграции населения ИНП РАН Жанны Зайончковской, выход только один – более активно привлекать (фактически – заманивать) мигрантов, создавать условия для того, чтобы они ехали в Россию, сначала на заработки, а потом и на постоянное жительство. «Надо иметь в виду, что за мигрантов будут бороться все страны, - предупреждает Жанна Зайончковская. - Посмотрите на демографические перспективы. Америка дает прогноз – население составит 400 млн. человек, то есть, на 100 млн. больше, чем сейчас. Европейские страны дают крайне небольшое уменьшение – в десятках тысяч. То есть, они ориентируются на то, что не должны уменьшить свое население. А ведь трудоресурсная демографическая яма в некоторых странах более глубокая, чем у нас».

Не согласны в ЦМИ и с доводом о том, что пока страна не оправилась до конца от кризиса, рабочие места надо создавать лишь для местных жителей, и что работодатели, столкнувшись с нехваткой средств, выгоняют мигрантов на улицу, где они зачастую вливаются в криминальные ряды. «Не видно, чтобы основная масса мигрантов высыпала на улицы, оставшись без работы, – замечает директор ЦМИ Елена Тюрюканова. – Конечно, безработица среди мигрантов существует, и немного увеличилась. Но, по всем данным, она ниже, чем безработица среди российского населения».

Независимые эксперты опровергают и доводы о том, что мигранты воспринимают приезд в Россию как временную подработку и намерены уехать домой, заработав достаточную сумму. При этом они даже не утруждают себя изучением русского языка в пределах, необходимых для нормальной коммуникации с коренным населением. Еще на февральском круглом столе фонда «Новая Евразия» специалисты ЦМИ приводили такие цифры: более четверти всех мигрантов практически не выезжают из России на родину, еще около 40% проводят за пределами РФ не более трех месяцев в году. Что же касается языкового барьера, то подавляющее большинство мигрантов (около 80%) разговаривают либо преимущественно на русском, либо поровну на русском и родном языках.

К слову, данные экспертов учитывались и при разработке того самого нового миграционного закона. А заместитель директора ФМС Екатерина Егорова, участвовавшая в круглом столе, твердо высказалась за дальнейший диалог государства с бизнесом и структурами гражданского общества.